«Новый спектакль Театра»

«Театральные сказки» от Аллы Подлужной

НОВЫЙ СПЕКТАКЛЬ ТЕАТРА

Много лет назад жил Театр, который любил красивые и новые спектакли так, что все деньги он тратил на их изготовление. Он не заботился ни о своих артистах, не интересовался другими театрами, не любил прогулки по фойе, а если и встречался с кем-то, то только для того, чтобы показать свой новый спектакль. Для каждого времени суток у Театра был особый спектакль: дневной, выездной, вечерний. И если про некоторые театры говорили: — Они на гастролях!, то про него говорили: Он на сцене!

В том большом городе, где был Театр, люди проводили время весело и туда каждый день приезжали иностранцы. Однажды явились и два обманщика, которые выдали себя за режиссера и художника и уверили, что могут поставить такой спектакль, какой еще свет не видывал, не говоря уже о замечательных костюмах и декорациях, которые обладают удивительным свойством: их не может увидеть человек, который не справляется со своими служебными обязанностями или же он просто глуп, для такого они превращаются в невидимки.

— Вот это спектакль! — подумал Театр, когда услышал об этом. — Поставлю его и сразу узнаю, кто из моих работников не справляется со своими обязанностями,  а кроме того, смогу отличить умных от глупых зрителей и критиков. Надо, чтобы режиссер и художник скорее начали ставить спектакль, делать декорации и шить костюмы.

И он дал обманщикам весь гонорар наперед с тем, чтобы они тотчас приступили к работе. И вот они взялись за работу. Режиссер делал вид, что репетирует с актерами, а художник в декорационном цеху руководил изготовлением невидимых декораций, в пошивочном цеху на столах он расскладывал и кроил невидимые костюмы. Они то и дело требовали тончайшей и отборной золотой пряжи и, получив ее, прятали по карманам и продолжали работать на пустых столах и сцене, совершенно не считаясь с репетиционным временем.

—  Хотелось бы мне знать, как движется работа над спектаклем, — подумал Театр. Но все же ему было как-то не себе при мысли о том. что ни один дурак и ни один человек, который не справляется со своими обязанностями, не увидит пошитых костюмов и построенных декораций. Конечно. за себя ему нечего беспокоится, думал он, но не лучше ли послать кого-нибудь другого посмотреть на подготовку спектакля? Весь город знал, что в Театре готовится удивительный спектакль с костюмами и декорациями чудесных свойств и всем не терпелось поскорее узнать, очень ли глуп и плох театральный критик.

— Пошлю-ка я на репетицию своего честного старого очередного режиссера, — подумал Театр, — он лучше всех разбирается в сценическом процессе. Он и умен, и должности своей соответствует как нельзя лучше. И вот престарелый очередной режиссер вошел в зал, где перед пустой сценой постановщик-авангардист энергично махал руками и указывал кому-то невидимому двигаться туда и сюда. Никаких декораций на сцене не было. А над столами в пошивочном цеху колдовал художник, изображая, что пришивает рукава к камзолу. Но никакой ткани и деталей костюма тоже не было. Старый очередной режиссер на все это вытаращил глаза и подумал: — Боже мой! Что же это такое? Ничего не вижу! Ничего нет! Однако он умолчал об этом. Художник пригласил его поближе для того-де, чтобы хорошенько рассмотреть красочный узор ткани и принялся показывать пальцем в пустое пространство. Бедный старый режиссер только таращил глаза, но никакой ткани не видел, поскольку ее не было! — Боже мой! —  подумал он. — Неужели я глуп? Вот никогда не подозревал! Но никто не должен об этом знать! Может быть, я не справляюсь со своими служебными обязанностями? Нет, нельзя признаваться, что не вижу костюмов и артистов на сцене!

— Ну, как ваше мнение? — спросил режиссер, подмигнув художнику. — Чудесно! Восхитительно! —  отвечал старый очередной режиссер и сквозь очки все всматривался в невидимые предметы. — Какой узор, ткани, какие мизансцецы! Я передам Театру, что костюмы мне понравились чрезвычайно, а такого режиссерского стиля я и не видывал доселе!

— Очень приятно слышать! — воскликнули режиссер и художник и стали в подробностях описывать детали костюмов и декораций, а также экспериментальный, новаторский стиль постановки. Старый очередной режиссер внимательно слушал, чтобы потом в точности передать их слова Театру.

Авангардисты потребовали увеличения гонорара, поставки новых тканей и материалов для декораций. Но получив все это, положили себе в карманы и продолжали работать с невидимыми предметами и несуществующими артистами.

Немного погодя Театр послал заведующего постановочной частью посмотреть как продвигается работа и скоро ли будет готов спектакль. Однако с ним случилось тоже, что и со старым очередным режиссером. Как он не смотрел на сцену и столы, ничего не увидел, кроме пустоты. — Какая удачная мизансцена! Какой модерный покрой платья главной героини! — наперебой расхваливали свою работу режиссер и художник, размахивая руками в воздухе. — Я, безусловно, не глуп, — подумал зав.пост.частью. — Но если так, значит, я не справляюсь со своими обязанностями? Вот так история! Однако, и виду не подам, что сам это понимаю. И стал нахваливать мизансцены и костюмы. — Прелестно! — передал и он свое мнение Театру.

Весь город только и говорил, что о предстоящей премьере. Наконец, и сам Театр захотел посмотреть на репетицию. Собрав всех членов Худсовста, он отправился к хитрым зкспериметаторам. — Правда, великолепно! — восклицали старый очередной режиссер и зав.пост.частью, уже побывавшие здесь. — Не угодно ли обратить внимание на удачное решение мизансцены и модерный покрой платья? И они указывали на пустую сцену и голые манекены, уверенные, что все присутствующие видят артистов и костюмы.

— Что такое?! — подумал Театр. — Я ничего не вижу! Какой ужас! Значит, я глуп? Или я никуда негодный Театр? Это было бы хуже всего! Но вслух он сказал: — Очень красиво! Подобное мастерство заслуживает величайшей похвалы! И Театр с довольной улыбкой стал кивать головой, делая вид, что любуется костюмами, ведь он не хотел признаться, что ничего не видит.

Члены Худсовета во все глаза глядели на сцену и манекены, но ничего не видели и твердили вслед за Театром, что все чудесно. — Роскошно! Изящно! Гениально! — высказывали наперебой свое мнение уважаемые мастера сцены и выражали полное удовлетворение. Театр наградил авангардистов еще до премьеры званиями народных артистов и даже пообещал зачислить их в штат труппы без конкурса.

Всю ночь перед премьерой шарлатаны трудились при свете 16 свечей и ни разу не прилегли отдохнуть. Ведь все должны были видеть, что они завершают работу. — Ну вот, спектакль готов! — сказали они наконец. Все уселись в зрительном зале. Шум затих, поднялся занавес, обнажив пространство пустой сцены. На сцене никого не было, ничего не происходило. Зрители не понимали, но отовсюду слышался шепот сотрудников Театра: — Какой замечательный спектакль! Как убедительны в своих ролях артисты! Какая экспериментальная, смелая мысль! Новаторское направление, новое слово в искусстве! Ни один человек не хотел признаться, что ничего не видит, опасаясь, как бы не подумали, что он не справляется со своими обязанностями или слишком глуп. Уверенные в своем успехе, режиссер и художник стояли в кулисах и готовились выйти на поклон! Свое выдуманное гениальное произведение они ставили уже не в одном театре, и проверенная схема пока не подводила, так что  шарлатаны от искусства готовились принимать овации и крики «Браво!»

— Но ведь спектакль совсем пустой! — воскликнул театральный критик, оценив экспериментальное действо. Но Театр и его работники гордо молчали, да еще и обвинили критика в том, что он совсем ничего не понимает в искусстве! Он критикует, значит, ничего не смыслит в театре! Вот если бы похвалил наш спектакль, было бы очевидно, что он очень тонко разбирается в искусстве!

Но критик стоял на своем и написал в газете, что спектакль пустой! Точно как Голый король в знаменитой сказке Ганса-Христиана Андерсена!

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *